Творчество

Сегодня я выступаю в качестве писателя. Автора с большой буквы.
Задача номер один: написать письмо Премьер-министру со всякими кудрявыми выражениями, как это любят французы. Открыла для себя нечто новое, касающееся национальных черт галльского делопроизводства: в письмах никогда не говорят прямо в первом параграфе причину обращения. Надо сначала добавить немного цветочков. Я тут читала письма Президенту, так там только с третьего параграфа становилось ясно, чего же все-таки желает от Президента податель сего.

Задача номер два: написать нимного нимало статью о европейском лоббинге, который осатанело ведет Палата и иже с ней разные другие компетентные организации.

По-моему, мой работодатель, поручая мне эти почетные миссии, немного подзабыл тот факт, что я все-таки не франкофон, и писать я умею хуже, чем говорить...
Мне доверяют офигенные по значимости и масштабу миссии. В моем творчестве, свобода которого ограничивается лишь обьемом знаний французского, мне ассистируют 2 секретарши, ищут мне документы, соединяют с нужным абонентом, делают копии... Хорошо быть руководящим кадром! Во всяком случае, привыкаешь быстро.

Снова в строю

И вот я снова в Палате после четырехдневного отсутствия. Первый признак убытия в командировку или отпуск - это куча мейлов, которую первым делом находишь в своем почтовом ящике. Пока разберешь, что к чему и что от кого, пройдет полдня. Только закончила одно кошмарное по сложности организации досье по Бахрейну, так сразу навалилось другое. На сей раз организация конференции по проблематике предстоящего председательства Франции в Евросоюзе с кучей приглашенных министров различных мастей и наций.
Так вышло и сегодня. Подошло время обеда, и тут выяснилось, что я приглашена Президентом Палаты на обед вместе с одним из руководителей дирекции по европейскому и франко-французскому лоббингу, а также зам. директора ассоциации региональных банков Crédit Agricole. Большая честь, однако, для маленькой стажерки, которая, впрочем, тащит на себе все европейское направление.
Мой профессиональный статус, а вместе с ним и авторитет в глазах общественности растет прямо на глазах. К сказанному добавляю фото сегодняшнего меню. Надо сказать, что обед с Президентом проходит в одном из роскошных залов Палаты (см. предыдущие фотографии) с хрустящими вышитыми скатертями с разложенными на них табличками с именами приглашенных, метрдотелями от Le Nôtre в белоснежных перчатках и с коллекционными винами из погреба Палаты.

Ближний восток

Занимательно все-таки: народ, вопреки всем ожиданиям, оказался спокойным, я бы даже сказала, покладистым. Мужики в бурнусах никакого дискомфорта мне не создавали, только смотрели издалека голодными глазами, как охотничья собака на куропатку. И никаких тебе присвистываний вослед, ни щелканья языком, ни восклицаний: "Э! О! Газела, газела!" как на юге Франции, где от этого никуда не деться.
По свидетельствам местных знающих людей из Посольства Франции, русских женщин легкого поведения в этом регионе пруд пруди, только в соседнем Дубае, потому как они цены держат и слишком дороги для бахрейнцев.
Русские капиталы концентрируются там же и до Манамы еще не добрались.
Удивительным образом король Бахрейна поселился не на вилле на берегу моря, в в глубине пустыни. И даже не посреди оазиса, а так, в окружении жилищ своих многочисленных кузенов и племянников. Семья короля принадлежит берберскому роду и традиционному укладу жизни не изменяет.

Коротко, но насыщенно

И вот я уже в бизнес ложе аэропорта Бахрейна, как же я ждала сегодня этого момента. Бизнес салон исполнен в привычном для этой части света бедуинском стиле: посреди салона возвышается на подиуме что-то наподобие узбекского дастархана, т.е. низкий стол, диваны и подушки, и все это, обещающее мне полчаса дремоты, увенчано шелковым балдахином.
Сегодняшний день начался с деловой встречи с шейхами из торгово-промышленной палаты "залива" (of the Gulf, как они говорят). Все, как один, с усами и в белых одеждах.
Затем был визит в Посольство Франции и обед с их послом, точне, с послихой.
Потом коктейль и нетворкинг в Рице.
Затем нетворкинг и обед там же.
На арабскую еду, равно как и на всякую другую, уже смотреть не могу.
Манама - территория, лишенная какого-либо культурного наследства. Из исторических памятников присутсвует только старинный португальский форт, восстановленый силами французских археологов.
Воздух вязкий и влажный, а земля настолько сухая, что даже небольшой порыв ветра вздымает в воздух столб пыли.
Народ, разморенный жарой, двигается медленно, да и соображает не скоро.
Над шиитскими кварталами реют черные флаги, поскольку, как объяснили знающие люди, этот народ постоянно в трауре то по погибшему в 12 веке пророке, то по еще какому несчастью, случившемуся при царе Горохе. Именно шииты облачают своих женщин в черные бурнусы только с прорезью для глаз. На одной даме я сегодня углядела даже черные носки и перчатки.

Осознание факта приходит не сразу.

Странное дело. Сказал бы мне кто-нибудь еще месяц назад, что я в рамках своего стажа, заметьте, с ярко выраженной тематикой "Европа", окажусь в Бахрейне, я бы только сардонически рассмеялась в лицо наивному прорицателю.
Но вот я сижу на терассе отеля Риц Карлтон, смотрю через стеклянную стену на купяющихся в бассейне европейцев. Вид арабских мужиков в белых бурнусах уже не столь притягивает мое любопытство. Вот она, сила привычки.
Утром по приезде сразу понеслась на конференцию Crans Montana Forum, ради которой, собственно, весь сыр-бор. Только вошла в фойе отеля, думая, что приветственные речи в полном разгаре, ведь опоздала на полтора часа. Отнюдь. Столкнулась нос к носу с нашей делегацией и с Президентом, благоволеюще принимавшего какой-то подарок в красной бархатной коробке из рук Премьер-министра Бахрейна. Последний, к слову, племянник короля и "держит" весь бизнес в этом королевстве.
Вопреки мрачным предсказаниям моих друзей, никто не принудил меня надеть паранджу. По улицам ходят, конечно, существа предположительно женского пола, замотанные в черные простыни, но в цивильных местах они не появляются. Да и вообще, чувстсвуется, что здешнее общество сугубо маскулинное и мачистское. Мужчины повсюду, а женская только прислуга, да и то сплошь азиатская.

На пути на Ближний восток

То, что я в конце концов оказалась в самолете Брюссель - Абу Даби, я считаю просто чудом. Приехав в офис Eurochambres в Брюсселе, я в течение 45 мнут, остававшихся до начала совещания, в панике звонила то в Манаму (ибо знайте, что так называется столица Бахрейна), то в Париж в Палату. До последнего момента, то есть до конца рабочего дня, я не могла дать точного ответа на вопрос, который интересовал всех: едет юная стажерка в Бахрейн или как?
Визы у меня как не было, так и нет. Организаторы Форума в экстренном порядке отправили телекс авиакомпании, чтобы меня взяли на борт без таковой. Чувствую, что самый цирк начнется на паспортном контроле в Бахрейне.
Организаторы клятвенно заверили меня, что меня будут ждать перед пограничным контролем специально обученные люди, и что де у них там все схвачено, и что они прекрасно умеют выходить из подобных ситуаций... Чувствую, что у них там царит такой знакомый нам, россиянам, подход к властям под девизом "договоримся".
Сейчас сижу в бизнес ложе в аэропорте Абу Даби. Еще одна пересадка, и настанет момент истины. Передо мной в креслах устроились два шейха в белых бурнусах и с покрывалами на головах. В телевизоре мелькают новости канала Аль Джазира, естественно.
Вообще арабские авиалинии - занимательное явление. Перед взлетом на экранах телевизоров появляется текст молитвы и всякие там Аллаху акбар. Регулярно показывается, в каком направлении по отношению к движению самолета нахдится Мекка, дабы не сбить с курса правоверных. Хотя алкоголь в бизнес классе наливают регулярно и в неограниченых количествах. Не воспользовалась этим преимуществом, чтобы не усугублять тягостное настроение стремительно растущей тоски. Остро хочется домой, то есть в Париж.

Разброд и шатание

Нда, давненько уже не бывала в подобной ситуации, когда ясности развития ситуации не предвидится, а вариантов последней великое множество.
Еду в поезде Париж-Брюссель и судорожно соображаю, что дальше предпринять, кому звонить и что отправлять по электронной почте и, главное, куда. С утра еще маячила робкая надежда улететь в Бахрейн. Для этого было все: и согласие Президента, и забронированные билеты, и отель. Не было самого главного – визы.
Вот типичный пример modus operandi моего временного работодателя: в четверг вечером я вдруг узнаю, что должна быть в Бахрейне. Это еще полбеды. Я легка на подъем, чего не скажешь об организаторах Форума и тем более о Посольстве Бахрейна в Париже. Ребята в далеком Бахрейне не работают по пятницам и субботам, потому как мусульмане. Зато трудятся в воскресенье. Однако ж Посольство и его визовый отдел в воскресенье закрыты, что и не удивительно.
В понедельник утром я была, как штык, у ворот Посольства, несмотря на собачий холод и нетипичный для Парижа апрельский снег. Хоть документы на визу принимаются каждый день, именно сегодня, блин, Консул по визам изволил отсутствовать все утро без предварительного уведомления коллег. Мое утреннее общение с бахрейнцами проистекало в диапазоне от заискивающе-вежливых улыбок секретарше (вспомнила собственный опыт работы в Консульстве) до угрожающих намеков на важность предстоящей встречи с Премьер министром Бахрейна (тоже помог опыт). Короче, не сработало ничего.
Организаторы Форума нужную бумажку не прислали, даром что работали в воскресенье.

Проблема номер два: вообще-то предполагалось, что на этой неделе я должна была участвовать в одном семинаре в Брюсселе. А с этим Бахреном, чтоб он захлебнулся в своей нефти, я успела свое участие аннулировать и даже не забронировала отель. Короче, по приезде в Брюссель буду показывать чудеса эквилибристики и логистической смекалки, чтобы хоть на семинар остаться.

Но с другой стороны, и эта перспектива меня также не особо радовала с самого начала. Дело в том, что у нас уже давно были куплены билеты в Théâtre des Champs Elysées на концерт «100 цыганских скрипок». Судя по всему, это занимательное зрелище свершится без меня в любом случае. Горечь и разочарование.

А вот сейчас настоящий кошмар

Ушедший Генеральный директор перед уходом настоял, чтобы я с 7 по 10 апреля участвовала в семинаре по инвестиционной политике Европы в славном городе Брюсселе. Я еще подумала, чего это он такой щедрый, отправляет стажерку на все готовенькое почесать языком на европеские темы с учеными дядьками европейского масштаба. Оказалось, что это был прощальный подарок, как я поняля пост фактум.

В то же самое время меня призвал к себе Президент и выразил желание, чтобы я в понедельник 7-го поехала в Брюссель на Стратегический митинг европейской ассоциации торгово-промышленных палат тоже в Брюсселе. Ну, эти два желания было просто скоординировать.

В прошлый четверг, вследствие ухода шефа кабинета, на меня свалилось досье под кодовым названием "Бахрейн", иначе подготовка официального визита Президента в это загадочное королевство на инвестиционный форум.
На тот момент я отчетливо не представляла себе местоположение этой страны. Еще в меньшей степени я могла представить себе, что Президенту в последний момент придет в голову включить меня в состав делегации в месте с тем, что обязанность присутствовать на совещании в Брюсселе с меня никто не слагал.
Короче, если мне удастся завтра с утра получить бахрейнскую визу, то после обеда я буду в Бельгии и оттуда же полечу в направлении Персидского залива.

Еще изменения

Всю эту неделю я находилась в состоянии шока. Мало того, что практически все компетентные люди, которые могли меня худо-бедно направить в нужном направлении, покинули свои посты, самая занимательная новость ждала меня 1 апреля. Генеральный директор, являющийся по совместительству руководителем моей стажировки, тоже покинул свой пост. Мы с большой помпой приветствовали нового Генерального. Новый, естественно, мало интересуется моим стажем, он сейчас практически в таком же положении, что и я. Ему не до деталей, он нынче мыслит глобально.

Все происходящее повергло меня в прострацию длительностью в два дня. Мне теперь постоянно звонят какие-то неизвестные мне сотрудники каких-то неизвестных мне подразделений Палаты со следующими аргументами: "Поскольку Вы теперь вместо Даниэля (новый вариант, вместо Стефана), то Вы должны нам к завтрашнему дню предоставить отчет (варианты: смету, статью, текст приветсвенной речи, ноту и пр.)" Когда я, как правило, отвечаю: "Да, но...", они мне резонно отвечают, что мы со Стефаном или там Даниэлем итак уже опоздали со всем этим добром на неделю.

Большие изменения

В Торгово-промышленной палате, где до сих пор все было тихо-мирно, начали происходить один за другим занимательные изменения. Я уже упоминала о том, что мужик, перешедший на работу в Еврокомиссию, оставил мне в наследство ворох европейских дел. Однако дирекция мудро рассудила, что негоже доверять столь важную часть деятельности маленькой стажерке, поэтому меня командировали в непосредственное подчинение к шефу кабинета Президента Палаты. Тот сразу заявил, что у него и без Европы дел невпроворот, и что я буду делать ВСЕ, а он берет себя всю славу, заработанную мной, и официальные коктейли. На что я ответила, что коктейли меня тоже интересуют.

Работы у моего шеф действительно хватало. В своем кабинете он появлялся набегами. Я же сидела в своем, чутко прислушиваясь к шагам в коридоре, стараясь уловить момент, когда он пронесется по нему стремительной походкой, параллельно говоря по мобильному телефону. Тогда я проворно хватала свои европейские досье и с криками "Стефан, Стефан, Стефан!" бросалась вслед за ним, чтобы успеть задать вопрос или подписать бумажку.

Совещания в его кабинете были настоящей китайской пыткой. Сосредоточиться в условиях непрекращающихся телефонных звонков было бы не под силу и Юлию Цезарю, который, как известно, мог одновременно читать, писать и диктовать.

Неделю назад этот самй Стефан внезапно объявил ближайшим сотрудникам, что он покидает свой пост административного директора Палаты и переходит на аналогичную должность в кабинет одного министра. А я с утра в этот день мучилась догадками, почему это вдруг он пригласил меня вместе с руководителями нескольких дирекций в ресторан?

Угадайте, что он сделал первым делом после объявления о своем дезертирстве. Именно. Точно так же, как и предыдущий мужик, он бросил мне на стол небрежным жестом кипу досье, потрепал меня по плечу со словами : "Это теперь все Ваше, милая!"

Ну хорошо. Все это плюс теперь коктейли у министра :)

Ну, раз уж просят...

Французский занял прочные позиции в моем мозгу где-то в районе мозжечка и ведет агрессивную политику вытеснения русских лексем. Сны уже очень давно вижу на фрацузском. Хотя зависит о того, кто снится.
Итак, пример билингвального творчества. Да не будет воспринято в личном контексте.

Tu me dis que je suis folle
И ни в чем не знаю меры.
Нет на свете слаще боли,
Чем l’amour d’une petite sorcière.

Tu me laisses ton cœur comme gage,
Ты за ним еще вернешься.
Если ты не хочешь даже,
Все равно ты оглянешься.

Ты потерян безвозвратно.
Зачарованной дорогой
Ты придешь ко мне обратно
От порога до порога.

Настроение дня. Брассенс по-русски.

А для Гуахо, любителя моей поэзии, я специально перевела первый куплет песни шансонье Жоржа Брассенса. Смотрите и наслаждайтесь:

В нашей деревне, тихой такой,
Пользуюсь я славой дурной.
Что бы ни делал и делал я,
Вечно страдает репутация.

Хоть я никому не стал морокой,
Следуя тихо своей дорогой...

Добрые люди встанут горой
Против выбравших путь иной.

Все злословят, недовольные мнои,
Кроме немых, само собой.

Quelle journée, ma foi

Au village, sans prétention,
J'ai mauvaise réputation.
Qu'je m'démène ou qu'je reste coi
Je pass' pour un je-ne-sais-quoi!

Je ne fait pourtant de tort à personne
En suivant mon chemin de petit bonhomme.

Mais les brav's gens n'aiment pas que
L'on suive une autre route qu'eux,

Tout le monde médit de moi,
Sauf les muets, ça va de soi.

Чем бы дитя не тешилось...

...лишь бы не курило. Вот объявление, увиденное в начальной школе 6го квартала Парижа во время муниципальных выборов. Интересно, к каким общественно-полезным работам привлекаются малолетние французские любители плевков в длину? К мощению дорог, как каторжники в старину?

Networking is working!

Мои усилия по установлению прочных связей нетворкинга начинают приносить свои плоды. Некоторое время назад я уже рассказывала, как пыталась интегрироваться в местную ЭНу и что из этого вышло. Впрочем, ничего плохого: я просто поняла, что контингент бывших учеников ЭНы du troisième age не вполне отвечает моим карьерным планам, поскольку большинство из них уже вышли в тираж погашения и профессионального интереса более не представляют.
Но не все.
Мое появление в их клубе в какой-то мере взбудоражило энарковские умы. Теперь я регулярно получаю телефонный звонок накануне очередного собрания старцев. И регулярно отказываю под благовидным предлогом. Однако в последний раз формат их встречи был изменен, и я с радостью понеслась на avenue de l'Observatoire. Тема высокого раута у на сей раз была изысканно умозрительна: "Надо ли приватизировать культуру?" На мои взгляд, надо ровно в той же степени, в которой стоит сыпать сахар в кофе или ходить пешком на работу. Зависит от обстоятельств. Но мое мнение остается при мне, а вот позиция приглашенных звезд, бывшего министра культуры н нынешнего директора Версальского музея Jean-Jacques Aillagon и Директора Парижской оперы Gérard Mortier, интересовала всех собравшихся.
Затем был ужин, на который меня также любезно пригласили мои новые кореша из Клуба ЭНы. Рядом со мной за столом сидел Префект Ниццы, он плохо скрывал свое воодушевление от присутствия русской за столом. Дескать, между Ниццей и Россией традиционно прочные связи... Чувствую, следующий стаж будет проходить на Средиземном море.