Гоголь - он и в Голландии Гоголь

Борт голландского пригородного поезда украшает цитата из "Невского проспекта". Словно привет из дому.

И в горе, и в радости

Случилось мне на этих выходных быть в отъезде и ночевать в одном странном, хоть и дорогом отеле. Странном, потому что в номерах были намертво задраены окна, как иллюминаторы на подводной лодке. Муж начал кричать в панике: "Клаустрофобия!!!" Безрезультатно поковыряв замки на окнах ключами и пилкой для ногтей, я позвонила на приёмную стойку отеля, именуемую в просторечьи ресепшн. Девушка, ответственная за раздачу номеров вновь прибывшим, ответила на мой вопрос "Что за ерунда?" так: "Это чтобы гости не прыгали из окон".
Стоит ли уточнять, что дело было в Амстердаме...

А еще было мне в этом городе знамение. На обратном пути в Париж вдруг пронзила меня острой болью мысль, что забыла я в номере отеля самое что ни на есть дорогое, то, без чего я - не я. Свою косметичку с бесценной тушью для ресниц, драгоценным пинцетом для бровей и жизненно важной замазкой синяков под глазами.
И объяла меня кручина посильнее любой гражданской панихиды.
Потерять косметику - всё равно, что потерять лицо.

На следующее утро первым делом собралась бежать до ближайшего магазина Séphora, пряча ненакрашенную личность от взглядов прохожих. Потянулась к сумке за ключами... так вот же она, заветная косметичка! Вот и карандашик для век, и точилка к нему, и помада пяти цветов!
Это был праздник со слезами на глазах.

Ибо кто не знал горя, тот не познает и истинного вкуса счастья. Так сказала Коко Шанель, найдя спустя полгода закатившийся за диван тюбик губной помады.

Рестораны в Амстердаме

Есть в городе Амстердаме заветная площадь Leidseplein, развлекательный центр города. В трамвае номер два или там пять так и объявляют : "Leidseplein, entertainment area". Типа стоп машина, вылезайте, господа, приехали.
И то верно, много там чего ужас какого интересного. Например, Макдоналдс на углу.
Но если перейти через канал, то прямо напротив Казино и Hard Rock Café будет весьма примечательный Park Hotel. А при этом Парк отеле есть не менее замечательный ресторан Momo. Этот Momo в утренние часы служит местом, где постояльцы отеля вкушают завтрак. А с наступлением темноты Momo превращается в очень модное место, забитое до отказа модной публикой, балующей себя кухней fusion и десятками разнообразных коктейлей в баре.
То, что это место - "статусное" (как нынче любят выражаться российские глянцевые журналы) мы это поняли ещё в наш первый приезд в Амстердам, когда по наивности сунулись туда, а в ответ получили вежливую рекомендацию бронировать столик за неделю вперёд.
В следующий раз мы так и поступили, ни разу не пожалев о сделанном, когда попробовали азиатскую кухню Momo с европейским налётом. Предупреждение любезной публике: как это принято в любом уважающем себя модном рестране, порции невелики. Но зато можно делиться блюдами со спутником (как сказали официантки, "У нас тут принцип share cuisine").
Предупреждение номер два: в этом ресторане не засидишься. Столик оставляют в твоём распоряжении только на два часа, а  потом придут следующие забронировавшие. Зато можно продолжить вечер в баре. Кстати, голландцы, не чета французам, ужинают рано, начиная с 6 вечера. Так что когда французы только-только начинают пить аперитив, голландец уже и сыт и пьян.
Вобщем, вердикт таков: хорошое место с видом на канал (если повезёт со столиком), и диджей хороший, и музыка громкая.

К слову сказать, Park Hotel тоже заслуживает внимания, прежде всего, благодаря своему расположению, которое отвечает любым запросам, и культурным, и не очень. Хочешь - музей Рембрандта в двух шагах, хочешь - гуляй себе в Vondelpark, устал от культуры - иди на Leidseplein.
Тут же рядом - восхитительное здание Eden American Hotel в роскошном стиле art déco.  В ресторане на первом этаже, как и положено этому стилю, присутствуют и мозаики, и витражи, и цветочные орнаменты. Только вот номера нам показались какими-то старенькими, требуюющими обновления. Так что рекомендую, если возникнет дилемма, склониться к выбору Парк отеля. Он хоть и не такой эффектный снаружи, но внутри вполне современен и выполнен в стиле скандинавского минимализма. Опять же, ресторан Момо под боком.

Напоследок расскажу вам о ценнейшей находке - тайском ресторане Rakang, что в районе Jordaan, тоже прославленного своими развлекательными местами.
Маленький, уютный, стильный. Иностранцев нет, одни местные. Это хороший знак.
На закуску я взяла ассортимент из пяти блюд. К ним официат принёс мне три соуса, сказав значительно:
- Вот этот соус надо есть вот с этим кусочком курицы. Вот тот соус - вот с этим рулетиком. А потом берёшь вот этот и этот кусочек, сверху - хрустящей рисовой лапши  и поливаешь смесью вот этого и этого соуса. сверху кладёшь листочек мяты. И будет ммммм.... Поняла?
Я пробормотала "Помедленнее, я записываю" и принялась употреблять. И точно, было мне полное мммммм...
Основное блюдо украшала бабочка, вырезанная целиком из пластинки какого-то овоща, вкусом и цветом напомнившего мне тыкву. Бабочка казалась мне филигранным произведением золотых дел мастеров, и поэтому я её по-варварски съела.
Фотография бабочки отсутствует, потому что при виде её я впала в ступор и синдром Стендаля.
Зато при выходе из ресторана на тротуаре я обнаружила вот это:

Без перевода ясно, что это призыв к собачкам не приседать на тротуаре, а предпочесть проезжую часть.

Город хорошего настроения

В Амстердаме я видела полицию только единожды. Это зрелище так заворожило меня, что я даже забыла про фотоаппарат. Это была конная полиция на великолепных вороных жеребцах. Двое полицейских, мужчина и женщина в ярко-жёлтых непромокаемых накидках, возвышались над толпой, подобно олимпийским богам. Они взирали на пёструю толпу  с улыбкой, снисходительно и дружелюбно.

В этом городе слово "элегантность" не имеет никакого практического применения ни к местному населению, ни к понаехавшим тут:

В амстердамский трамвай №2 набилось столько народу, что кондуктору не закрыть двери. Тогда тот берёт микрофон и нараспев объявляет, мешая голландские и английские фразы:
- Донг, донг, донг! Ok, ok, please go inside the train! Yes, yes, you my darling! You can do it, I know! Dong, dong, la la la! Oh yes, that's better! Oh yes, darling! We can go further now. Thank you. I love you all!

Я тоже тебя люблю, Амстердам.
Мы приехали сюда еще раз благодаря расторопности железнодорожной компании Thalys. Она подарила нам бесплатные купоны для обмена на билеты в качестве возмещения. Так она возместила нам моральный ущерб за более чем двухчасовое опоздание поезда по пути в Амстердам и обратно в прошлом декабре.
Номер в гостинице Mariott тоже достался бесплатно, благодаря накопленным бонусам.
В трамвае кондуктор отказался брать мою двадцатку евро, потому что у него не было сдачи. На мой вопрос: "А как же нам тогда?", он расслабленно махнул рукой, указывая мне вглубь вагона.
Мы любим этот город, и похоже, что это взаимно!

Парадоксальные надписи

В Амстердаме около площади Leidseplein  на фронтоне одного из зданий высечено латинское изречение

Оно гласит: "Умный человек не писает протв ветра". Видно, некоторым в этом городе требуется постоянное напоминание.

В Амстердаме часто видишь (а они поставлены специально на виду) уличные писсуары пирамидальной формы. С четырех сторон сооружения есть небольшие углубления, в них собственно писсуары.

Помогает развитию чувства локтя и сближения масс. Человек, пользующийся приспособлением - на всеобщем обозрении, в характерной стойке с раздвинутыми ногами и потрясывающими движениями. Закончив, он отходит от пирамидки и возвращается к группе своих друзей. радостно похлопывая их по плечам и пожимая руки.

Рукомойника пирамидка не предусматривает.

Женский вариант устройства так же не существует. На мои сетования муж сказал, что по статистике женщины пьют меньше жидкости. Наверное, голландские урбанисты того же мнения.

**********************

Стена номера отеля во Флоренции была украшена гравюрой 18го века под названием "Дворянин и куртизанка". Расхристанный дворянин в расстегнутой рубашке и рукой, просунутой только в один рукав камзола, судорожно пытается натянуть панталоны.  На лице - панический страх и скорбь. Красотка полусвета призывно протягивает к нему руки из глубины кружев алькова.

 

Под гравюрой подпись: "Всякое животное после соития грустит". Аристотель

ронтоне од