Два месяца в Ницце

Из пяти месяцев стажировки мне осталось оттрубить еще три. Говорю это без особого энтузиазма, потому как эта стажировка напоминает выход космонавта в открытый космос. Он долго и скрупулезно к этому готовится, проверяет радиосвязь, герметичность скафандра и еще массу всего, что может сломаться. Анализирует поставленную задачу и репетирует жесты. Освежает в памяти всевозможные инструкции. А затем выплывает в темный вакуум и поправляет антеннку, отклонившуюся на 3 градуса. Масса приготовлений для исполнения незначительной задачи.

Так и у меня в Ницце. Я очутилась в организации, находящейся в финальной стадии трансформации, временами больше напоминающей распад.
Необходимы теоретические пояснения. Наша организация - это объединение 24 коммун. Зачем коммунам объединяться? Потому что, как говорится, union fait la force. Переведем это как "Союз крепит силу". Простейший пример: финансы одной коммуны с населением в 500 человек не позволяют построить, скажем, бассейн. А сообщество коммун может.
Только вот в каждой коммуне есть свой мэр, а у мэра, как правило, свои политические или личные амбиции. И когда их 24, то одной из основных задач такой организации, как наша, являеются политические переговоры с целью достичь консенсуса.

Вот краткое изложение поставленных глобальных задач.

Теперь от глобального к частному, то есть к моей скромной персоне.
Мне несколько сложно добиться какой-либо мало-мальски серьезной миссии в этой конторе, которая занята преобразованием своего юридического статуса. К слову сказать, эта трансформация задумана ее администрацией исключительно ради того, чтобы получить право на более значительные субсидии от государства. Срок вступления в силу нового статуса - 1 января 2009 года.
Не готово ничего. Даже название будущего союза 24 коммун еще не утверждено, то ли "Ницца-Средиземноморье", то ли "Ницца-Лазурный берег".

Это все я говорю к тому, что в атмосфере неразберихи, разброда и шатаний, администрации просто не до меня... В итоге мне приходится вымаливать малейшие задания. Большой удачей я считаю тот факт, что мне таки удалось урвать написание ноты на тему "Юридические и политические аспекты приобретения марки "Алло Мэрия!" для колл-центра мэрий...

Некоторые типы деятельности, которым я предаюсь в течение рабочего дня, оставляют обманчивое впечатление собственной значимости и востребованности. Например, право присутствовать на "священном", недоступном для простых смертных заседании Директоров. Проблема в том, что это еженедельное совещание умопомрачительно длинное: начинается в 8-30 утра и длится до полудня. После четырехчасового сидения не остается ни одной свежей извилины, и поэтому не иного выбора, кроме как отправиться прямиком на обед после того, как удастся вырваться из удушья директорского комитета...

Свежий взгляд на Ниццу

Вот несколько вэб камер с видами Ниццы.
К слову сказать, сейчас там +15С и свежий бриз с моря.

В Париже +3С, мокрый снег и забастовка железнодорожников. Завтра с утра придется раскошелиться и взять такси из-за этих ребят, которые методично и упрямо накануне Рождества устраивают цирк с огнями на вокзалах. На линии пригородного поезда, на котором я обычно езжу в аэропорт, только 45% поездов будут отправлены по расписанию.

На прошлой неделе по очереди бастовали пилоты Эр Франса, служащие почты, школьные учителя. Хорошо, что не все одновременно, как это было ровно год назад.

Об американском прецеденте и его влиянии на умы

Дым от фейервеков по поводу избрания Обамы Президентом США уже вроде бы развеялся, но я все еще нахожусь под впечатлением от того, насколько реакции моих сокурсников-энарков на эту заранее предсказанную новость были непредсказуемы.

Все рекорды экстравагантного поведения побил однокурсник, заметьте, немец. Поразительно: он отреагировал на развитие предвыборной гонки хуже, чем итальянские тиффози на финал Кубка Мира по футболу. Этот уникальный персонаж провел ночь без сна накануне объявления итогов голосования перед компьютером с откртыми сайтами ведущих информационных агентств, телевизором и радиоприемником. Он с гордостью сообщил нам, что до четырех ночи не сомкнул глаз только ради того, чтобы одним из первых услышать имя своего кумира с добавлением слова "президент". Как писал Хармс:

Смело мы в бой пойдем
И за свободу мы все покалечимся и умрем.

Хм. Мне сложно понять такого рода фанатизм, причем, заметьте, речь идет не об американце, которого напрямую касается суть происходящего. Но немцу-то что?

Хотя именно он усиленно лоббировал предложение проголосовать за кандидатуру Коффи Аннана в качестве имени для нашего курса ЭНы.
Мы, напомню, не поддались и предпочли остановиться на Эмиле Золя.

Злопамятный немец не забыл поражения и на следующий день после оглашения результатов американских выборов, окончательно потеряв чувство реальности в восторге от своей (своей ли?) победы, отправил своему курсу мэйл примерно такого содержания: "И вот теперь, когда США преподали старушке-Европе урок толерантности и мудрости, скажите мне, друзья, что нам помешало называться именем Аннана или Мартина Лютера Кинга? Не ошиблись ли мы?"
Язвительный однокурсник-француз, раскусив расовый подтекст мейла, предложил пожалеть о том, что мы не подумали назваться именем Кондолизы Райс или там Рама Яд (член правительства Саркози), они тоже ведь чернокожие.

Но еще дальще пошел товарищ из Африки, не будем указывать персональные детали. Он вообще задал риторический вопрос, подспудно обвинив всех, кто голосовал не так, как он, в латентном расизме, сказав: "Ну и что было такого отвратительного в именах Аннана, Кинга и Розы Паркс? Давно пора отринуть лицемерие и поступить, как Америка".

Мораль: если есть выбор между белыми и черными, голосуйте за последних, иначе вас представят ничтоже сумняшеся в лучшем случае ретроградом, а в худшем - шовинистом.

Mascotte du Sommet

Ницца, как ни странно это может звучать, - город провинциальный. Горе любой провинции в том, что в ней ничего не происходит. Лазурный берег, развращенный легкими деньгами неиссякающих туристов и огромными налогами на продажу недвижимости, дремлет на лаврах роскоши и изобилия. Зачем прилагать лишние усилия, тем более в такую жару, чтобы привлекать бизнес, организовывать фестивали, строить линию ТЖВ, если деньги от туризма просто сыплются с неомраченного облаками средиземноморского неба?

Но вот случилось в Ницце нечто, прервавшее ее сон. Саммит Россия-Европейский Союз, 14 ноября 2008 года.
В прошлую пятницу, пока я бегала по административным инстациям в Париже, я удостоилась персонального звонка от Генерального директора Сообщества аггломерации Ницца-Лазурный берег, где я сеичас тружусь.
Звонки такого уровня создают некоторую напряженность. Директор настоятельно попросил меня быть на следуюшей неделе в боевой готовности в связи с саммитом. Мэр Ниццы и заодно руководитель моего стажа Кристиан Эстрози желает видеть меня на приеме в честь Президентов России и Франции.

"Вот черт", подумала я и поменяла свои билет на самолет, потому что вернуться в Париж в день саммита уже не представлялось возможным. Это было началом страшной неразберихи при подготовке всех протокольных мероприятий.
Шефа протокола мэрии, юную нимфу истерического слада, чрезвычайно впечатлил тот факт, что САМ Эстрози высказал пожелание пригласить меня на прием в качестве символа франко-русского сотрудничества. Поэтому она проявила рвение, пригласив меня на все совешания по подготовке. В итоге я потеряла неделю, присутствуя на встречах с дворниками и сотрудниками охраны... Что ни говори, мой вклад в организацию саммита не поддается оценке.

Как обычно бывает в работе протокола, огромные усилия по координации многочисленных служб, включая министерские и иностранные, выливаются в 30 минут присутствия двух Президентов под сводами мэрии.

Моя скромная миссия тоже закончена. Все визитные карточки розданы, все протянутые руки пожаты, все улыбки подарены.
Конец саммита.

Пятница, вечер. Я сижу на терассе ресторана на Английской набережной, смотрю на развевающиеся франко-русские триколоры, своим количеством напоминающие о празднике 1го Мая, и жалею, что не улетела в Париж.

Русские сезоны в Ницце

Вот так с легкой руки наших девушек (спасибо им за созданную репутацию, с которой у меня уже нет сил бороться) Франция представляет себе наше культурное влияние.

Опера в Ницце

Я не любитель ходить в кино / на выставки / концерты в одиночку. Я предпочитаю делиться впечатлениями, по ка те еще свежи и не истерлись о быт.
И если я на днях пошла в оперу одна, это значит, что я действительно соскучилась по ней.

В Ницце давали "Макбет" с Еленой Зеленской в роли леди Макбет с внешностью Фроси Бурлаковой.
Хм, неубедительное сопрано, переходящее на визг. Ну да дело не в этом, а в нетрадиционной сценографии, хоть и идея не самая новая. Минимализм на сцене и фото- и кино- проекции на переднем и заднем плане. Причем во время увертюры на опущенном занавесе мы видим бомардировщики, летящие на бреющем полете над современным городом, напоминиющем Купчино.
Затем вместо шотландских воинов в клетчатых килтах появляется вооруженная до зубов хунта в униформе цвета хаки и десантных беретах. И дальше история борьбы за власть разными неджентельменскими способами.
Перенос действия в неотдаленное прошлое и фотографии сталинских массивных фасадов с советским гербом в качестве декорации навевают воспоминания о недавних балканских войнах, и особенно об инфернальной паре Николае и Елене Чаушеску.
С другой стороны, бородатый Макбет в военном френче с извечным пистолетом в руке неумолимо напоминает Саддама Хусейна. Макбет, к слову, тоже плохо кончил...

Опера Ниццы, маленькая и обветшалая, все еще хранит остатки былой роскоши. Смотря на ее облупившуюся настенную живопись и вытертый красный бархат лож, вспоминаешь образ обнищавшей дворянки, упрямо надевающей на выход побитую молью шляпку-таблетку и кружевные заштопанные перчатки.
Однако же есть в этом упадке и поблекшем блеске особая прелесть, которая сохранилась в Петербурге и Венеции. У меня ностальгически защемило сердце при виде выцветшего занавеса, распространяющего запах застояшейся пыли... как некогда в Михайловском театре до его ремонта.
Наш Михайловский потерял свой шарм, как только его наполнил запах акриловой краски и побелки. Исчезли все эти маленькие трещинки, скрипящий паркет и бронзовые ручки на окнах, свидетели другой эпохи.
Бронзу эпохи, покрытую вековой патиной, не придавая ей большого значеня, взяли и начистили едким химическим раствором. Чтобы лучше блестело.

Black out или Жизнь в темноте

Преамбула: в чудесной стране Франции вечно что-нибудь, да стрясется. То глобальная забастовка всех и вся недели на три, то Президент то разведется, то женится, то Европейскую Конституцию зарубят, то Европейский пакт по иммиграции утвердят.

Амбула: сегодня я на работу не опоздала как нельзя кстати. Постому что выйди я из дому на 15 минут позже, сидеть бы мне часа четыре в темном лифте между двух этажей.

В 9-15 в департаменте номер 06 Приморские Альпы полностью вырубилось электричество. Да и не только у нас, а вообще на всем юго-востоке Франции в одночасье померк свет. Завыли сирены пожарных и граждане, застрявшие в лифтах и подземных гаражах, запертых за дверьми на электрическом управлении.
Ни один светофор в Ницце не работал.
Коммерсанты (те, которые не гнушаются работать в понедельник утром, еще есть такие) и не подумали открывать двери своих лавок. Народ остался без утренних круассанов.

Ирония судьбы: буквально в прошлую пятницу я была с рабочим визитом в префектуре Департамента. Встречалась с разными шишками, представителями власти на местах. Нужно было, как обычно в таких ситуациях, делать умный вид и задавать дельные вопросы. Я задала, помимо прочих, вопрос о характере рисков, которые угрожают департаменту. генеральный секретарь Префектуры горестно ответил, что электроподача в Приморские Альпы весьма ненадежна: есть старая высоковольтная линия, проходящая по гребню невысоких гор прямо за Ниццей, а еще какая-то несерьезная линия, идущая по побережью. Он еще тогда мне сказал, что вот попади молния в вышку, и весь департамент без света. А новую линию никак не посторить из-за давления природохранных ассоциаций (вот тоже характерная для Франции фигня: существует легион общественных объединений, потому как французы обожают объединяться, и эти ассоциации бдят, чтобы новое строительство не повредило какую-нибудь там норку редких сусликов или не испортило пейзаж).
Был у государства проект протянуть линию из долины Роны до Ниццы, только вот как назло путь пролегал через признанную национальным достоянием долину.

И это далекто не единственный пример давления ассоциаций на жизненно важные проекты. Звучит совершенно дико, но многие прогрессивные проекты висят буквально на волоске по причине косности мышления и политики общественников "Держать, не пущать".

Например, скоростная линия LGV, которая связала бы Экс-ан-Прованс и Ниццу с Монако. В Париж можно было бы доехаь за 3 часа! А сейчас нужно трястись 5 с половиной. Да что там! В Марсель нужно ехать что на поезде, что на машине 2.5 часа!
При благоприятном стечении обстоятельств этот проект сможет увидеть свет в ... 2020 году. А все почему? Фермеры, по землям которых должно пролечь железнодорожное полотно, против. А то, что трасса удвоит количество туристов и соответственно потраченных ими в регионе денег, то, что можно будет связать Ниццу и Барселону, что можно разгрузить трещащий по швам местный аэропорт, выпадает из их поля зрения, сосредоточенного на своей родной кочке с тремя виноградными кустами... средневековье какое-то.

Хотя это еще что. Был такой французский президент Валери Жискар Д'Эстен. Он теперь в Европарламенте. Птица высокого полета, председательствовал в Комитете, составившем текст европейской конституции, которую свои же французы и провалили, открыв таким образом ящик Пандоры европейских дрязг и пререканий.
Так вот, друг Валери вдруг отчего то взялся нападать с завидной энергией на... ветряные генераторы энергии, éoliennes.
Чистый лоббинг: мэры жалуются на шум от лопастей и , дескать, эти пропеллеры на высоких мачтах портят вид на их родной Крыжополь-на-Луаре. И еще не ясно, как они воздействуют на организм местных жителей. И даже тень русской угрозы перекрытия заветного газового вентиля не пугает отважных жискаровцев.
Запретить. Держать, не пущать.

А я вспоминаю те éoliennes, которые мы видели как-то с тобой во время нашей прогулки по покинутой провансальской деревне...
Ну чем не приглянулись элегантные белые мачты, похожие на гигантские маргаритки на вершине холма? Мощный взмах лопастей издает размеренные "шшуххх, шшуххх". Завораживает.

Вот построили бы себе непокорные южане десяток генераторов, глядишь, и не остались без круассана и утреннего кофе.

Средиземноморские опасности

После двухдневного отсутсвия в моей ниццкой (так говорят или нет? Ницшеанской? Ну да шут с ней) квартире открываю дверь, устало кидаю сумку на кровать, не торопясь, подхожу к письменному столу и отпрыгиваю от него, как ужаленная! В корзине с фруктами, куда я по недогляду положила пару мармеладных конфет, кишмя кишат муравьи!
Мармеладки, покрытые движущейся темной массой, были выброшены тут же в окно с восьмого этажа.
Зато нашествие муравьев не остановилось. Я грустно наблюдаю, как они поникают в мою квартиру через окно (и откуда они берутся, на восьмом-то этаже?)и цепочкой спускаются по стене.
За окном бушует тропическая гроза. Инсекты, видимо, надеются найти у меня тут и "стол и кров".

SOS, граждане! Никто из вас не жил часом в субтропиках? Как победить нашествие? Я боюсь ложиться спать, мне грезится финал романа Маркеса "Сто лет одиночества".

Кто-нибудь, хэлп! Пришлите рецепт муравьиного геноцида!

Первый уик-энд в Ницце

Первый раз за прошедшие полтора месяца мне не пришлось в пятницу вечером нестись на всех парах в аэропорт с мыслью "Успею-не успею?"
Эти выходные мне предстояло провести в Ницце. Этот город и его окрестности все еще оставались для меня белым пятном на карте: я, собственно, кроме Английской набережной и площади Массена ничего толком и не видела. А когда живешь с чемоданным настроением, считая дни до пятницы и до очередной посадки в самолет, очень сложно пустить корни, даже на Лазурном берегу.
2 ноября, а в Ницце +22С. На терассах на берегу моря местные жители и поредевшие туристы продолжают потягивать свои аперитивы, жмурясь на солнце.

К как консульство, или Кусочек Родины в Ницце

... это выездной офис Генерального Консульства России. Вообще-то само Консульство де юре находится в Марселе и гордо занимает здание отдельно стоящей виллы с восхитительным садом и высоченным глухим забором.
На мое счастье один день в неделю выездная бригада консулов принимает соотечественников прямо в Ницце.
Сегодняшний поход в Консульство по бумажным делам подарил два часа непередаваемого ощущения принадлежности к чему-то большему, чем мой ограниченный индивидуальный мир. И одновременно тревожного осознания оторванности от этой глобальной общности.

Пока обе дамы, бывшие передо мной в очереди, мучили консула, исполняющего обязанности нотариуса, своей несообразительностью и любовью цепляться к каждой запятой в их драгоценных копиях (ах, как раздражает очередная фраза "А вот у меня еще последний вопрос...", когда тебя отпустили с работы только на 2 часа!), я, чтобы отвлечься от минутной стрелки стенных часов, внимательно смотрела работающий в офисе телевизор, показывающий российские программы.
Если Первый канал есть выражение национального коллективного бессознательного, что происходит в головах, сограждане?

Президент Медведев имеет 2 700 000 рублей личных сбережений и хранит их в банке. При этом Президент НАДЕЕТСЯ, что с ними, как и с накоплениями тысяч других граждан, ничего не случится.

Мне всегда казалось, что это удел граждан - надеяться, в том числе и на Президента, но уж если и последний не вполне уверен в исходе дела, то, вероятно, стратегию надо пересматривать.

Следующий сюжет: как самому сделать набойки на туфли, приклеить каблук и сделать накат. Все это рассказывается бодрым голосом за кадром в тональности "Это проще простого". Видимо, дела совсем нехороши, если исподволь заставляю привыкать к мысли, что скоро к услугам сапожника мы прибегать перестанем. Думаю, из соображений экономии.

Далее, целитель Малахов призывает всех лечить ВСЕ какими-то шаманскими методами и чуть ли не лыжной мазью. Из передачи я узнала, что если натереть напильником крошку из медной проволоки, закатать ее внутрь шарика из хлебного мякиша и принимать это снадобье регулярно, то переломы (само собой, если они есть) лучше срастутся.

Я было подумала, что это передача юмористическая, и следующий рецепт будет от бесплодия, которое можно победить, если регулярно сосать лампочку в 100 Вт...

Но нет. Все на полном серьезе со значительным выражением лица.

Тут консул сжалился и переключил программу на какой-то фильм про пионеров в 80-е годы.
Мой рассудок был спасен.

Я осталась созерцать традиционный для советских присутственных мест бордовый ковер, требующий чистки, и мешковатый костюм консула.

Московские поклонники Карлы Бруни

Кризис жанра

Писать стало не о чем.

Привыкла к жизни во Франции, глаз замылился, всякие мелочи культурологического характера типа витрины булочной, уставленной подносами с круассанами, или рекламные тумбы с неизвестными продуктами уже не вызывают былой оторопи от мысли: "Боже мой, свершилось, я снова во Франции".

Так что не обессудьте за редкость посланий.

Просто писать стало не о чем.

Хотя расскажу вам пережитый недавно шок прямо на рабочем месте.
Я, бывает, по пол-дня сижу за своим компьютером и одновременно смотрю в огромное окно моего кабинета. Оно выходит прямо на Средиземное море. Метров четыреста от нашего офиса - взлетная полоса аэродрома, она, как известно, пролегает по искусственно созданному полуострову.
Каждые четверть часа взлетает самолет, я провожаю его грустным взглядом и машинально считаю оставшиеся до пятницы дни, ибо в одном из пятничных самолетов буду сидеть и я.

Ужас ситуации заключается в следующем. Каждый день, часам примерно к пяти, над ботаническим садом, граничащим с аэропортом, собираются тучи птиц. Называются они ritournelles, ну да это не важно, так как им недолго осталось.

Их стаи напоминают своей плотностью черную вуаль или авоську плотного плетения. Они зачем-то выписывают замысловатые фигуры прямо над аэропортом, причем они напоминают легкое колыхание тюлевой занавески на ветру.
Я завороженно смотрю на эту игру форм и оттенков серого цвета, как вдруг в эту колышащуюся массу врезается САМОЛЕТ! Он разрывает это облако надвое, и его реактивный след заставляет маленькие точки описывать концентрические круги, как будто из размешали ложкой!
В моем воспаленном сознании возникает видение паникующих от дезориентации в пространстве птиц и орущих от ужаса пилотов Easyjet, в лобовое стекло которого с гулким стуков врезаются обезображенные тельца пернатых...

А я, между прочим, летаю в Париж именно на пятичасовом Easyjet'e.

Вот уже месяц

... как я приехала в Ниццу. И остается мне здесь быть не 5 месяцев, как это было сказано в начале, а уже 4. Время летит с головокружительной быстротой. Например, я не писала на моем блоге в течение только лишь одной недели. За это короткое время я успела:
- получить в администрации по месту стажировки служебный велосипед и полагающуюся к нему каску: я теперь на колесах!
- начать и быстро задушить в зародыше начавшуюся было осеннюю депрессию
- переехать в новую резиденцию поближе к офису, а значит, и к аэропорту
- получить свои документы из России и запустить ход бюрократической машины "присяжный переводчик - мэрия - Посольство России - нотариус", чтобы как можно быстрее перейти из одного гражданского состояния в другое
- суметь занять 3 вечера на неделе из 4ех свободных уроками немецкого, английского и вождения машины с ручной коробкой передач. Если уж страдать от вынужденного одиночества, то хотя бы с пользой для себя. Работа над собой требует уединения.

Мои друзья из ЭНы пребывают в таком же состоянии духа, только в своей глубокой провинции у них нет возможности найти живого носителя английского языка, чтобы скрасить вечер.

Все чаще в моей одинокой квартире на проспекте Калифорнии раздаются по вечерам телефонные звонки мающихся одиночеством друзей.
Мой турецкий друг Тюркер, которого судьба забросила куда-то в бретонскую глухомань, заканчивает работу в Префектуре только к 9 вечера, потому что у местного префекта родилась счастливая идея каждый божий рабочий день заканчивать совещанием. Таким образом, Тюркер только и успевает, что вернуться к себе, позаниматься самостоятельно немецким и позвонить мне. Жизнь, прямо скажем, затворническая.

Сегодня получила загадочный мэйл от моего португальского друга. В нем он писал, что располагает сведениями, которые меня могут заинтересовать, но не может поведать их в переписке, а только на словах, потому как уж очень они серьезные.
Я сразу бросилась ему звонить (женское любопытство!) Оказалось, что я купилась на детскую уловку, и что это был только предлог, чтобы услышать мой голос.
Очевидно то, что португалец тоже скучает на севере Франции. С ним мы договорились не бросать друг друга в беде и созваниваться как минимум каждую неделю. По крайней мере, будем уверены, что еще оба живы.

Вообще-то тем, кто работает в префектурах, хуже, чем мне. Чаще всего, они живут в служебной квартире в самой префектуре. Таким образом, их мирок и без того ограниченный замкнутостью провинциального города, сужается до периметра здания префектуры.

Рекорд по длительности пребывания в офисе побила подруга Света, временно пребывающая в Эпинале. Мой звонок в 22-30 застал ее на ее рабочем месте!

Не жалеют они себя.
Моя же работа завершается в 17-00. Я из чувства солидарности с коллегами сижу еще пол-часа, а затем айда! Приключения зовут меня.

Неожиданные ассоциации

На что похожа Ницца?
Как любой курортный город, она вытянута вдоль моря. Улицы, параллельные набережной Promenade des Anglais, поднимаются, подобно ступеням, следуя холмистому рельефу Ниццы.
Я живу у подножия холмов, и даже небольшой градус наклона бульвара, по которому я ежедневно хожу, отвлекает меня от мысли о том, чтобы ездить на работу на новеньком велосипеде, который я недавно получила от конторы, где тружусь.

Два слова о местоположении конторы, т.е. CANCA. Как я уже упоминала, офис находится прямо в ботаническом саду. Чтобы пройти в амфитеатр, где проходят совещания мэров, нужно пройти через огромную оранжерею и по ходу полюбоваться коллекцией орхидей. Занятно.

За короткое время пребывания вНицце у меня случилось несколько дежа вю. Например, место, где находится остановка автобуса, на которой я выхожу, когда иду на работу, до боли напоминает расположением и общими очертаниями остановку на Наличной улице прямо перед комплексом Ленэкспо. Я еду на автобусе по avenue de la Californie, а кажется, что по Большому проспекту В.О., и вот сейчас мы повернем направо, а там будет Гавань и залив. И точно! Или почти точно: там впереди открывается вид на купол ботанического сада и виднеется Средиземное море.

Вот только пальмы все время разрушают эту иллюзию.

Или вот еще: гуляла по бульвару Гамбетта, и вдруг на мгновение показалось, что ряд домов с вычурными фасадами в стиле, присущем Петербургу 1860-х годов, напомнил улицу Восстания ближе к Кирочной.
Но тут взгляд опять натыкается на пальмы, и ностальгическая иллюзия рассеивается.
Скоро вооружусь фотоаппаратом, и вы увидите самобытный местный архитектурный стиль, которому, пожалуй, нет аналогов во Франции.
Кстати, живу около русской церкви. Она напоминает собор Василия Блаженного и выглядит, как и он сам, как вульгарный новодел.
Улица, на которой церковь стоит, называется "Tsarewitsch". Рядом с моим обиталищем есть резиденция под названием Villa Apraxin. Грустное заигрывание с моим прошлым, но, как говорится, случайностей не бывает.

Провансальский язык до Ниццы доведет

Вчера гуляла в одиночестве по старой Ницце и поймала себя на мысли о недавнем разочаровании Флоренцией, которая в моих мечтах о ней представлялась в виде мощеных площадей с неизменным фасадом романской церкви, отходящих от них манящих своей искривленностью улочек в ширину распахнутых объятий, романтично облупившихся розовых и охристых фасадов.

Оказывается, все это - Ницца!
Вот она, вновь обретенная Флоренция моих снов!

Однако в ее похожести на итальянский город нет ничего удивительного: до 1860 года это побережье и еще Савойя впридачу принадлежали Италии. Итальянское наследство ощущается в легкости нравов и местной кухне. Мне еще предстоит попробовать суп с кедровыми орешками (la soupe au pistou):

Суп «Писту»

На 4 порции:2 ст. л. оливкового масла; порезанный зеленый лук; мелко порезанные корнеплоды: луковица, палочка сельдерея, картофелина и морковь; 4 очищенных от кожицы и семян томата, примерно 400 г консервированной белой фасоли; базилик, чеснок, кориандр, тимьян, орегано… Суп: Нагреть масло в большой кастрюле, добавить лук и немного чеснока, тушить до мягкости. Добавить остальные овощи и тушить еще минут 5. Влить овощной бульон и варить 30 мин. Добавить белую фасоль и травы за 10 мин до готовности. Соус «Писту»: Базилик и чеснок перетереть до однородной смеси, можно добавить сюда же немного оливкового масла. Положить смесь на дно супницы или в каждую тарелку и залить супом.

В старой Ницце названия улиц и указатели на двух языках, французском и провансальском. Что ж, после Страсбурга с его полу-немецким мне к диалектам не привыкать.

Забавно, что провансальский язык, по моему мнению, дал французам немало жаргонных и просто неприличных слов. Взять, например, pouffiasse (ну... такая вульгарная девушка). На провансальском это значит "толстая девица". Да уж, толстых нигде не любят. Или, например, fada - чокнутый. Caguer... это слово уже для совсем продвинутых в "южном" жаргоне. Здесь можно найти перевод нужного слова на провансальско-окситанский.